Тверской киднеппинг: зачем воруют детей и как этого избежать

10.01.2018 в 16:59, просмотров: 2370

За первые три квартала этого года в России объявляли в розыск почти 7 тысяч детей. Больше пяти тысяч нашли в течение 10 дней. Чаще всего похитителем оказывался один из родителей. Свыше полутора тысяч все еще ищут – вместе с папой или мамой, которые тоже стали неуловимы. А если добавить, что целых 10 тысяч малышей удалось вернуть домой в течение трех дней, и потому до официального розыска дело просто не дошло, то становится очевидна вся острота этой проблемы. Семейный киднеппинг процветает у нас от Москвы до самых до окраин. Увы, при практической безнаказанности! Почему это происходит? И как если не остановить, так хоть притормозить эту лавину?

Фото: Экспресс К

Банальная история

- Мама, не отпускай меня!

Так в ужасе вопила пятилетняя Катя, когда ее схватил чужой дядя. Мама обнимала дочку изо всех сил, но двое других мужиков повалили ее на землю. Отчаянно брыкавшуюся Катю уволокли в машину, куда уже затолкали семилетнюю Арину. Это было 28 сентября, на Новоторжской, когда их мама, Анастасия Белова, забирала старшую дочку со школы. С тех самых пор она своих детей не видела.

Да простит меня Настя, но эта история, увы, банальна до слез.

По-волчьи уволочь у бывшего супруга свою кровиночку решаются и папы, и мамы. И все же надо признать: по статистике, мужиков среди этих похитителей абсолютное большинство - более 90 %! Исключительно важен и социальный аспект: на успешную операцию нужны деньги. Надо выследить, отобрать и быстро увезти ребенка, а затем часто менять адреса. Оплачивать услуги адвокатов и посредников, нянь и гувернанток, частную школу или детский сад. Нередко и психолога, который за немалую мзду поможет любимому чаду забыть, что у него есть еще мама (или папа – это уж кому как не повезет).

Так было и на этот раз. Среди нападавших тверитянка Настя Белова узнала своего мужа, с которым как раз готовилась разводиться. Евгений из очень состоятельной семьи – у его матери несколько магазинов одежды. И она очень не хочет оставлять внучек теперь уже бывшей невестке…

Евгения с девочками искали и через пару недель обнаружили в Санкт-Петербурге, где там у семьи и родня, и недвижимость, и связи. Представители правоохранительных органов убедились, что дети здоровы и «видимые телесные повреждения» у них отсутствуют. И ушли, потому что на тот момент место жительства детей не было официально установлено.

Это сделал еще через пару дней Центральный районный суд Твери – вынес определение, что «в обеспечение иска» о разводе, алиментах и разделе квартиры девочки должны оставаться с матерью, причем папа обязан вернуть их немедленно. Вот только с той поры ни Евгения, ни девчушек найти не удавалось, и в суд являются лишь его адвокаты с разными справками.

Я укола не боюсь

На днях в Москве, в информационном агентстве «Национальная Служба Новостей», состоялась пресс-конференция на тему «Родительские войны. Как похищают собственных детей?». В центре внимания была Настя Белова, которая рассказала эту печальную историю, уже хорошо знакомую тверской общественности. Вместе с Настей в пресс-центр пришла депутат Государственной думы Светлана Максимова, которая старается помочь ей и другим матерям, лишившимся своих детей.

В этой встрече также приняли участие первый заместитель председателя комиссии по общественному контролю и взаимодействию с общественными советами Общественной палаты РФ Артём Кирьянов; первый заместитель председателя комиссии по поддержке семьи, материнства и детства ОП РФ Юлия Зимова; директор Национального центра помощи пропавшим и пострадавшим детям Валерий Солянин; адвокаты, специалист в области защиты прав женщин и детей от насилия Юлия Исаева и Максимилиан Буров; основатель проекта «СТОПкиднеппинг» Екатерина Шумякина и другие.

Разговор был откровенный и даже жесткий, но можно ли ожидать иного? Ведь ситуация с семейным киднеппингом складывается прямо-таки трагифарсовая.

Знаете ли вы, как наказывают за похищение собственного ребенка? Ну, если место жительства не определено, то никак – это понятно. А если суд вынес решение? Ей-Богу, не догадаетесь! В первый раз - штраф в 2 тысячи рублей. Потом? А потом тоже штраф – только чуток побольше. Представляете, как это напугает владельцев заводов, газет, пароходов?

Максимальное наказание – пять суток ареста. Но даже этой «страшной кары» похитители чаще всего благополучно избегают. Их же еще нужно найти, верно? И у них, как правило, очень хорошие адвокаты. При ловкости и желании рассмотрение дела можно затянуть надолго. Подать встречный иск. А проиграв его, выехать в другой регион и вновь обратиться в суд – может, там повезет? Некоторые абсолютно славянские папы увозят своих деток из Тулы и Рязани на Северный Кавказ – там их часто оставляют отцам, особенно мальчиков.

В тот день прозвучали истории и других женщин, у которых похитили детей. В том числе и с вывозом за пределы России. Тем или иным способом. Подделав разрешение от мамы или вовсе без разрешения - через Беларусь.

Так стоит ли удивляться, что папа – киднеппер боится наказания меньше, чем его сын – укола?

Что делать?

Этот извечный русский вопрос собравшиеся старались решить общими усилиями. Говорили о непохвальной либеральности нашего законодательства, о снисходительности к семейному киднеппингу, которую общество изживает с трудом. Светлана Максимова рассказала, что Дума седьмого созыва значительно смягчила ответственность, которая ранее была за это предусмотрена - как раз под давлением общественности. Мол, сажать за это слишком круто, ведь родители потом могут и помириться! Однако она считает, что ответственность как раз нужно усилить, и вместе с юристами уже разрабатывает поправки к закону.

Екатерина, основатель и лидер движения «СТОПкиднеппинг», убеждена, что надо внести поправки в ст. 315 УК РФ (злостное неисполнение государственным или муниципальным служащим вступившего в законную силу решения суда), распространив ее действие также и на физическое лицо - родителя, вопреки решению суда удерживающего ребенка. А ст. 126 УК РФ (похищение человека) соответственно дополнить пунктом о семейном киднеппинге. Светлана Максимова заинтересовалась ее аргументами и пригласила Екатерину подключиться к подготовке законодательных новелл.

Артем Кирьянов подчеркнул, что необходимо взаимодействие правоохранительных органов, судебных приставов, опеки, муниципальных властей, всех заинтересованных структур, ведь борьба с «семейным киднеппингом» - задача сложная, и только совместными, координированными усилиями можно добиться результата. Надо также готовить медиаторов, которые при разводе смогут взять на себя разрешение споров между родителями и постараются предотвратить такой конфликт. Он пообещал, что в Общественной палате будет создана рабочая группа, которая займется этой проблематикой.

Интересную идею высказал Максимилиан Буров. Производство по розыску и передаче детей гораздо эффективнее могла бы вести единая специализированная структура в федеральной службе судебных приставов, а не региональные управления. Ведь похититель вместе с ребенком может переезжать из одного региона в другой. Он регистрируется по новому месту жительства (именно так поступил Евгений Богданов, уехав в Санкт-Петербург). Туда же передается производство по делу, все начинается сначала, и таким образом тормозится исполнение судебного решения.

Конечно, это компетенция ФССП России, но руководство этой службы, возможно, прислушается к мнению специалистов, глубоко изучивших проблему? Опытный адвокат Буров много лет помогает пострадавшим родителям вернуть своих детей.

Свет в конце тоннеля

Будем надеяться, что это удастся и Насте Беловой. Участники встречи нашли в ее деле зацепки, которые позволят привлечь ее бывшего мужа к реальной ответственности. Ведь в похищении детей участвовали посторонние люди, к Насте была применена физическая сила. К тому же, как подчеркнула Светлана Максимова, серьезно нарушены права детей на общение с матерью и на получение образования. Молодую женщину очень подбодрила эта поддержка. Дай Бог, она скоро обнимет своих детей. Но не будем забывать, что Настя далеко не единственная жертва семейного киднеппинга. И борьба с ним только начинается.





Партнеры