"МК в Твери" рассказывает историю стрелка из Новой Орши

03.05.2018 в 14:51, просмотров: 1197

Историю «редкинского стрелка» будут помнить еще долго. В июне прошлого года она шокировала всю страну.

Хотя начиналось все довольно безобидно: человек пришел в гости, за столом разгорелся скандал, его оскорбили, и он убежал домой. С кем не бывает. Но он вернулся, вернулся с ружьем – и девять трупов, и несмываемая слава «редкинского стрелка» как одного из самых кровавых массовых убийц.

В истории, которая случилась 25 лет назад летом 1992 года в Новой Орше, многое совпадает: застолье, алкоголь, обида, ружье, выстрелы, правда, трупов оказалось меньше. Может, поэтому ту страшную трагедию помнят разве что старожилы да архивы Тверского областного суда.

В тихом омуте

Новая Орша находится в 30 км от областного центра, и, кстати, до Редкина, где случилась самая кровавая трагедия последних лет, отсюда тоже недалеко, минут десять езды на машине. В начале 90-х в Новой Орше жил некто Козлов (фамилии и имена участников истории изменены). Родился здесь же, всю жизнь прожил в этом небольшом (около трех тысяч жителей) поселочке, отсюда уходил в армию, здесь же женился на местной девушке. Звали ее Наталья, половина населения поселка приходилась ей родней.

Прожили они, правда, всего шесть лет. Детей за это время не завели. А Наталья стала часто ездить в Москву, приезжала только спустя два-три дня. Потом призналась: в Москве у нее появился мужчина, предложила развестись. Детей нет, развели их быстро. Вот только бывшая супруга после развода осталась и со своим домом, и с новым ухажером, и с многочисленной родней, которая ее всячески поддерживала. А Козлов вдруг оказался один. Из дома его выгнали, мужчина жил у приятелей и лечил самогоном раненую гордость.

Все думали, что он и поджег

Обиднее всего было то, что бывшая жена отказалась делить дом, в котором они шесть лет пытались свить семейное гнездышко. И как-то ночью дом, стоявший пустым под присмотром родственников, запылал. Пожарные приехали поздно, дом к тому времени сгорел. Милиция даже дела заводить не стало – мало ли пустующих домов горит по деревням да поселкам. Но все в Новой Орше были уверены, что дом подпалил сам бывший муж. И один из родни, некто Бушуев, говорил, что лично видел, как Козлов в ночь пожара пробирался огородами к дому – не иначе, шел его поджигать.

Доказать ничего не удалось, но поселок маленький, и ничего не скроешь. И куда бы теперь Козлов ни пошел, ему нет-нет да и пеняли: ты зачем дом-то сжег? Он начинал кричать, лезть в драку, говорить, что никакого дома не поджигал. Но ему говорили: да тебя ведь Бушуев в ту ночь возле дома видел - чего ты там крутился? «Я этого Бушуева когда-нибудь убью», - пообещал на это Козлов.

Жизнь его становилась все хуже. 33 года, нет профессии (был трактористом на торфопредприятии, да уволили за пьянку). Подрабатывал тем, что охранял дома московских богатых дачников, делал для них ремонт, помогал по хозяйству – точно как «редкинский стрелок» Егоров спустя 25 лет. И каждый день пил. И мечтал отомстить своей жене, да так, чтобы она на всю жизнь запомнила.

Роковое застолье

А Наталья тем временем вышла замуж и привезла своего нового московского мужа на «смотрины» в Новую Оршу. Решили отметить широко, собралась вся родня. Козлова тоже позвали. Он не хотел идти, но потом подумал, что только лишний повод для разговоров появится – мол, испугался, что новый муж ему за сгоревший дом физиономию начистит. Собрался и пошел. Это была суббота, 27 июня 1992 года.

Застолье с самого начала пошло наперекосяк. Чуть не сразу заговорили про сгоревший дом, и снова Бушуев сказал: да, видел я наташкиного мужа, как он там возле дома крутился. Снова Козлов стал возражать, снова полез в драку. Как после записали в судебном приговоре, «на почве личной неприязни ко всем присутствующим возникла словесная ссора, которая переросла в драку».

Драка, впрочем, быстро закончилась. Что такое Козлов против многочисленной родни бывшей жены. Ему намяли бока (хотя потом свидетели вспоминали, что кто-то и табуреткой ударил по голове, врачи потом нашли у Козлова на голове свежую ссадину). Козлова выкинули на улицу, и он, разъяренный и обиженный до последней крайности, побежал в сторону московских дач. Как спустя 25 лет точно так же будет бежать по улице другого дачного поселка «редкинский стрелок» Егоров. Правда, Егоров вернулся, когда застолье еще было в самом разгаре, и перестрелял всех. А Козлов решил поступить иначе: каждого своего обидчика выследить и убить по отдельности. Первыми он собирался застрелить бывшую жену и ее мужа, но их в тот вечер судьба хранила – пока Козлов бегал за ружьем, они уехали на попутке в Москву.

Кровавая ночь

Первой жертвой стал Воробьев, который приходился родственником бывшей жене. К нему у Козлова накопилось немало обид. Когда Воробьев, вернувшись из гостей, курил во дворе, перед ним из темноты выступила фигура мужчины с ружьем наперевес. Воробьев не успел ничего сказать, когда Козлов приставил ему ствол к груди. Собственного ружья у Козлова не было, это установили на следствии, он знал, у кого из дачников хранится оружие, взломал дом, захватил ружье и охотничий нож.

Воробьев был единственным, кто оказал Козлову сопротивление – он попытался выбить у него оружие из рук. Козлов отскочил, нажал на спусковой крючок, грянул выстрел. В соседнем доме, где жила супружеская пара стариков Максимовых, зажегся свет, открылась дверь, и на пороге выросла фигура старика Максимова – он пытался разобраться, что происходит в темноте. Увидев это, Козлов повернул ружье и сказал Воробьеву: «Смотри, как сейчас кегли будут падать». Эти «кегли», сказанные про живого человека, так поразят Воробьева, что он на следствии будет рассказывать не о том, как сам чуть не стал жертвой, а повторять снова и снова фразу про кегли. Видимо, это произвело впечатление и на судей, поскольку «кегли» упоминаются и в приговоре.

Козлов выстрелил. Старика Максимова опрокинуло навзничь (он получил тяжелое ранение, но выжил). По всей улице стали раздаваться крики, захлопали двери – выстрел услышали все. Но Козлова здесь уже не было. Он побежал отомстить своему главному обидчику, тому самому Бушуеву, который утверждал, что стал свидетелем поджога им дома бывшей жены. Время было уже позднее, Бушуев спал, а Козлов не заметил, что истратил оба патрона в ружье. Отбросив в сторону ружье, он выхватил охотничий нож и стал молотить ногами в дверь, крича при этом: «Пожар! Выбегайте все, горим!». Когда Бушуев открыл дверь, Козлов нанес ему страшный удар ножом в живот. А потом повалил и стал наносить удары снова и снова. Он даже не заметил, что рядом стоят в шоке и наблюдают за сценой убийства домашние Бушуева – жена и две дочери.

Козлову, можно сказать, повезло. Неизвестно, сколько еще своих обидчиков он бы отправил на тот свет, но прибыла милиция, его скрутили. Весь поселок бурлил – один убитый, один тяжело раненный и одно покушение на убийство. Такого прежде не было. Поэтому суд решили провести в самой Новой Орше. Козлову дали 11 лет усиленного режима. А спустя 25 лет история повторилась – в гораздо более кровавом сценарии – в Редкине.