Челноки идут ва-банк: Тверь в 90-х годах превратилась в один большой базар

Челноки идут ва-банк: Тверь в 90-х годах превратилась в один большой базар
Фото: 90s.by

Последнее десятилетие прошлого века изумляет во многих своих ипостасях. Страна не могла не только защитить, но и прокормить, одеть своих граждан. Материал в нашем еженедельнике о разгуле криминала в Твери того времени вызвал большой читательский интерес. Ну а теперь давайте окунемся в атмосферу 90-х, вспоминая, что помогло выжить людям в материальном плане, так сказать, бытовом.

К слову, челнок – это деталь ткацкого станка. Но в то время технический термин приобрел принципиально новое значение. Люди с клетчатыми сумками, заполнявшие прилавки товарами из-за рубежа, сегодня являются символом 90-х наравне с ваучерами, Ельциным на танке и «Полем чудес». Они стали законодателями мод и создателями рабочих мест для себя же самих, в новой реальности им пришлось перекраивать свою жизнь. Что же это было? Неизбежный этап перехода к рыночной экономике или катастрофа, заставившая людей податься в торговлю?

Картина маслом

Сегодня можно оглянуться на то время теоретически подкованным и со знанием дела. Это тогда народ был без понятия, что творится. «Челночный» бизнес стал возможен благодаря свободному ввозу товаров физическими лицами из-за границы на сумму до $5000. Поначалу «челноки», распродававшие товар на открытых вещевых рынках, даже не регистрировались в качестве предпринимателей, не платили они и никаких налогов. Единственным платежом был сбор на право торговли, поступавший в местный бюджет.

Государство пошло на этот шаг от бессилия: авось, народ сам себя прокормит, выберется из отчаянной ситуации. Зарплаты и пенсии не выплачивались месяцами. Разваливающаяся промышленность не могла удовлетворить спрос на потребительские товары, а советская система торговли в условиях нового времени показала свою полную несостоятельность. В результате повсюду стали разрастаться рынки, куда теперь шли не только за огурцами и петрушкой, но также за сапогами, разноцветными лосинами и китайской бытовой техникой.

А вот теперь внимание. Согласно расчетам экспертов Института экономической политики, в 1995–1996 годах ввоз «челноками» товаров из дальнего зарубежья по стоимости достигал $2,5–3 млрд в квартал.

С официальной статистикой не поспоришь. Авторы книги «Экономика переходного периода», например, писали: «Сокращение доли одежды и обуви в 1996 году обусловлено тем, что в настоящее время она поступает в основном по каналам неорганизованной торговли («челночного» бизнеса), на долю которого приходится до 70% ввозимой в Россию недорогой одежды, обуви, подавляющая часть дешевой бижутерии, примерно половина ввозимых в Россию изделий из кожи, до 30% аудио- и видеотехники».

А в научной статье «Российский челночный бизнес» говорится, что в середине 1990-х годов этот вид деятельности на всех его стадиях – от закупки товаров за рубежом до их продажи на вещевых рынках – давал работу для 10 млн человек. В учебнике же «История российского предпринимательства» приводятся еще более впечатляющие цифры: к 1996 году численность «челноков» и тех, кто их обслуживал (водителей, продавцов и т.д.), достигла 30 млн человек, а это составляло более 40% трудоспособного населения России. Как говорится, приехали, картина маслом. Челночило почти полстраны.

Фото: front.new.jojo.ru

От Варшавы до Стамбула

Похожая картина была и в Твери, ведь каждому хотелось жить по-человечески. Не обошла челночная круговерть и автора этих строк, который лично совершил два вояжа в Варшаву и Стамбул в 1993 году. Хотелось мир посмотреть, впечатлений новых набраться, да и материальная составляющая была не на последнем месте.

Сначала сгонял в Польшу. Поездом до Москвы, а потом еще одним поездом до Варшавы. Конечно, в целях безопасности ездил с группой, в которой многих знал лично. Сутки в дороге, и вот в 4 утра мы бодро топаем на огромный базар, который располагается в центре города на большом стадионе. Палатки завалены товаром. В Твери с лету идут колготки, юбочки, блузки, леггинсы… На них и прицел. Стоп! Забыл сказать, что у входа нас «тепло» встретили местные бандиты, наши же, из русских. Для того чтобы затариться, пришлось прилично раскошелиться, иначе, с их слов, обратно с рынка можно было и не выйти.

После поездки осталась страшная усталость, ведь пришлось выступить в роли вьючной лошади. И еще долго витало облачко опасности над головой, так как во многом это была лотерея: ограбят – не ограбят, кинут – не кинут… На кону стояло слишком многое, так как деньги на покупки были взяты в долг. А товар по прибытии разошелся быстро, за неделю, на Центральном рынке и в магазинах Твери. Навар – сто процентов сверху.

Поездка в Стамбул оказалась еще более богатой на впечатления. В напарниках был Михаил – старый знакомый еще по вузовским временам, большой авантюрист по своей натуре. Главное же, что он поставил подобные поездки на поток, поэтому в челночном бизнесе ощущал себя как рыба в воде. По крайней мере, я так думал до этого турне.

Сначала на пару дней обосновались в Болгарии, где сами выступили в роли продавцов, чтобы увеличить стартовый капитал. Здесь на «ура» шли часы, детские игрушки, матрешки, продали даже самовар. А добравшись автобусом до Стамбула, стали обходить небольшие магазинчики в поисках дефицитного для Твери товара. Нас интересовали джинсы, кожаные куртки, обувь… Приятно удивило радушие принимающей стороны: везде тебе предложат ароматный чай или кофе, внимательно отнесутся ко всем запросам, предложениям.

Проколов, по идее, просто не должно было быть. Пока в одном из магазинчиков не поступило крайне заманчивое предложение. Мол, зачем вам, ребята, с товаром возиться? И предложили нам обменять доллары на рубли по очень выгодному курсу. При таком раскладе поездка сразу же окупалась с приличным наваром, на который и был расчет. И многоопытный Михаил не устоял, позабыв, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. В итоге мошенники умудрились за считанные минуты положить наши деньги в ближайший банк, а для нас выставили дорогостоящий товар, от которого уже нельзя было отказаться. Этакий бонус для лохов.

Мой напарник пытался разобраться, но в итоге за дебош оказался в местной кутузке на несколько часов. Его отпустили, но дорогостоящие кофты и блузки пришлось-таки забрать. После вояжа в Стамбул мы оказались пусть и в небольшом, но минусе, а древний город еще долго снился по ночам.

После такого прокола желание челночить как-то пропало. Оставалось утешаться мыслью, что все могло сложиться и гораздо хуже. Начиная с того самого момента, когда покупали валюту в Твери у иностранцев. Обменников тогда не было, а это значит, что уже во время этой незаконной операции челнок ходил под статьей. А сколько жертв этого бизнеса вернулись домой без денег, товара и перспектив! Или вообще не вернулись. Налоги с этого бизнеса не платились государству, именно поэтому челноки становились легкой добычей криминала. «Граждане барыги, это ограбление – готовьте деньги!» Эту фразу в лихие 90-е слышали почти все челноки, которых нещадно потрошили бандиты. И деваться было некуда, нам есть чему у них поучиться, не зря им даже памятник в Белгороде поставили за стойкость и оптимизм.

Кстати, большинство челноков были женщины, их задача была – выжить и спасти семью. Может быть, поэтому мне запомнились слова писательницы Марии Арбатовой: «На самом деле это подвиг. Каждая женщина, у которой был взрослый ребенок, понимала, что если она не заработает, то ее мальчик уйдет в бандиты, а девочка – в проститутки…».

Базарные страсти

Для того чтобы отчетливо представить то время, стоит припомнить базарные дни. В выходные на Центральный рынок в Твери стекался весь город. Не купить – так продать, не продать – так хотя бы вспомнить, как выглядят самые обычные товары. Тогда говорили: экономика идет к рынку, вот и мы туда же. По данным статистики из тысячи товаров первой необходимости в свободной продаже осталось чуть больше десятка.

Вот в пикете милиции допрашивают женщину, которую только что взяли с поличным за спекуляцию сигаретами. В коридоре сидит девочка, слышит, как допрашивают мать, и вот-вот заплачет. Выясняется, что женщина – работница общепита, разведена, живет в общежитии. Становится жалко и мать, и дочку. Хотя вполне вероятно, что где-то сейчас мужики чертыхаются без курева, как раз без этих пачек «Стрелы».

Вот в здание пикета входит ветеран войны. Просит объяснить, почему в палатке кооператива «Меркурий» лежат импортные сигареты по 15 рублей. Узаконенная спекуляция? Что ж, похоже… Много чего странного происходит. Председатели кооперативов за полгода успевают поменять несколько машин, а в пикете милиции уже давно не работает телефонная связь.

И вот они, пестрые базарные ряды, где есть практически все. На глазах дорожает зимняя одежда. Продавец объясняет удивленной женщине, почему вчера шапка стоила значительно дешевле: «Милая, теперь каждый день цены прыг, прыг, прыг…». А вот сапоги «Саламандра», которые вчера продавались в универмаге у вокзала. Теперь они здесь с приличной наценкой.

Если походить подольше, то вполне реально договориться о покупке холодильника, стиральной машины или «видика». В странах Запада не знают слова «спекуляция», для них это розничная торговля, и у нас в стране все чаще звучит термин «бизнес», или «деловая операция». А вот и знакомые до боли кожаные куртки и джинсы из Турции. Челноки здесь в первых рядах, торговля идет бойко. По рядам проходят братки, вполне официально собирают дань за торговые места, причем даже талончики выдают. Сервис!

Но вот пора к выходу. Проходишь сквозь ряд живого товара – птички, рыбки, кошечки… Растут цены и здесь. Цены на щенков ньюфаундленда, колли и даже пуделя кусаются. А вот девочка котенка продает. Симпатичная усатая мордочка выглядывает из-за воротничка ее пальто.

- Сколько за такую симпатягу просишь?

- Если обижать не будете, то берите бесплатно.

- Бесплатно? Возможно ли это?

Кризис 1998 года больно ударил по челнокам. Ведь их бизнес напрямую зависел от курса доллара, а цена валюты сразу выросла в несколько раз. У многих были кредиты, такого удара никто не ожидал. Постепенно челноки ушли со сцены. В «нулевые» товары в Россию уже поставляли крупные фирмы. Огромные клетчатые баулы остались в прошлом. Большинство нынешних успешных бизнесменов прошли через школу челночного движения.