Здравствуй, школа: тверские парты и большие перемены

Почему самый важный нацпроект – в сфере образования

09.07.2019 в 11:30, просмотров: 816
Здравствуй, школа: тверские парты и большие перемены
фото: ПТО

Прошлая неделя в Тверской области была богата на события, но все затмил форум «Реки России», информационные волны которого расходятся по стране до сих пор. Так вышло, что в тени дискуссий о реках оказалось, увы, и очень важное заседание областного правительства, случившееся на финише бурной недели: представители областного минобра поведали в красках, цифрах и презентациях, как именно в нашем регионе будет претворяться в жизнь федеральный нацпроект «Образование». Там же было озвучено последнее губернаторское решение: работникам муниципальных образовательных учреждений поднимут зарплаты, и на это уже лежит солидная сумма в 507 миллионов рублей.

В итоге именно с этим предложением, а вовсе не с нашумевшим форумом, Игорь Руденя вошел в еженедельный рейтинг «Губернаторская повестка», который составляет фонд «Петербургская политика» и «Давыдов. Индекс». Тут нет ничего странного. Все дальновидные люди, конечно, понимают: самым главным для страны нацпроектом, где все поставлено на карту, является как раз он - неприметный, скучный, «детский» нацпроект в сфере образования. Если проект по каким-то причинам провалится или покажет незначительные подвижки, Тверская область проиграет конкуренцию на уровне страны, а Россия безнадежно отстанет от ведущих мировых экономик: даже при наличии успехов по всем остальным нацпроектным фронтам. Зато если все получится, мы останемся в ведущем мировом пелотоне и сможем не один десяток лет заявлять о лидерстве не с одними геополитическими, но еще и с экономическими раскладами в руках.

Почему? Сейчас объясню.

Что такое экономика знаний

Я держу в руках объемный доклад с красивым названием «Россия 2025: от кадров к талантам», который по итогам масштабного исследования недавно выдала международная компания The Boston Consulting Group (BCG). В этом докладе – почти 100 страниц, несколько глав и очень печальные оценки ситуации с развитием человеческого потенциала в стране. «Сегодня в России уделяется большое внимание обсуждению инноваций, цифровой экономики, производительности труда и конкурентноспособности. Однако эти планы нереализуемы без системного подхода к развитию человеческого капитала, включая как привлечение и удержание лучших умов, так и обеспечение условий для роста прогрессивных компаний-работодателей», - отмечают авторы доклада. При этом, констатирует BCG, мы живем в период тектонических сдвигов в технологиях, геополитике и демографии, на наших глазах рождается новый экономический уклад, основанный на умных цифровых технологиях. В этом умном экономическом укладе, совершенно очевидно, резко возрастет роль высококвалифицированных, талантливых специалистов. И если рутинную работу, основанную на повторении действий, на правилах, смогут выполнять роботы, чистые технологии, то человеку останется творчество, коммуникация, командный подход и все гуманитарные компетенции. «Мы видим, как страны-лидеры активно трансформируют свои образовательные системы, концентрируясь на развитии когнитивных навыков вместо привычной «загрузки» знаний, - рассуждает председатель консалтинговой группы Ханс Бюркнер. В новой экономике знаний будут нужны люди, способные трудиться в обстановке неопределенности, умеющие выполнять аналитические задачи, связанные с импровизацией и творчеством! Этим и занимаются сейчас страны с самыми успешными экономиками: Япония, США, Германия, Южная Корея, Китай, - создают идеальную среду для развития человеческого потенциала и нарастили долю рабочих мест категории «Знание» в структуре занятости уже до 25%.

А что же Россия? – спросите вы. Увы, промежуточный вердикт суров: «не добилась успехов в конкуренции за место в экономике знаний». Но не будем пересказывать весь доклад, а просто перечислим 3 пункта, где мы, по мнению исследователей, пока что фатально проваливаемся. Во-первых, утверждают спецы из Бостонской консалтинговой группы, в нашей стране еще нет критической массы спроса на знания – российский рынок труда непривлекателен для талантов, но они ему особо и не нужны. Пока. Во-вторых, система образования не готовит кадры для экономики знаний. В-третьих, не создана среда, необходимая для развития и самореализации человека. «Сохранение действия этих трех факторов, на наш взгляд, приведет к тому, что уже к 2025 году Россия значительно ухудшит свои конкурентные позиции в глобальной экономике знаний и с высокой вероятностью потеряет возможность догнать группу передовых стран», - мрачно констатируют авторы доклада.

Но консультанты не были бы консультантами, если бы не предложили программу выхода из кризиса. В изложении BCG она в восьми пунктах, и три посвящены образованию. Если кратко, эксперты предлагают следующее: стимулировать приток талантов в сферу образования, перенести фокус образовательных программ с развития предметных знаний и запоминания информации на развитие личностных и метапредметных компетенций, создать опережающее предложение кадров – носителей целевых компетенций – образовательной системой.

Впрыгнуть в уходящий поезд

- Постойте! – хлопнет тут себя по лбу догадливый читатель. – Но разве не это и предлагает по сути федеральный нацпроект в сфере образования, который обсуждали на заседании правительства Тверской области в конце прошлой недели?

Именно так. Ведь и без умных докладов крутых консалтинговых групп все мы давно знаем, что отечественное образование, мягко говоря, не в форме, страшно отстало от современных экономических реалий и испытывает голод буквально во всем: деньгах, кадрах, оборудовании, идеях. Кризис случился давно, и в вялом режиме отечественное образование пытались реформировать многократно: но вот сейчас действительно пришло время «Ч». Битву за грядущую мировую экономику, умную и цифровую, выиграет учитель: и пока что все идет к тому, что он будет прусский. Или китайский. Или японский. Но не наш.

Вот цифры: среднестатистическому школьному учителю в России 51 год, его общий стаж работы 21 год, из них 15 лет он проработал в одной школе. С 1993 по 2015 годы число абитуриентов в стране сократилось на 36 %, зато прием в вузы вырос в два (!) раза. При этом 60 % работодателей говорят об остром дефиците практических профессиональных навыков у выпускников среднего профессионального образования.

Разрыв между потребностями страны, борющейся за место под экономическим солнцем, в талантливых компетентных специалистах, живущих в цифровой среде, и возможностями школьного, среднего профессионального и высшего образования просто катастрофичен. Цифровой экономике нужны люди с нацеленностью на саморазвитие, организованность, навыками принятия решений и достижения результатов, решения нестандартных задач, предпринимательскими навыками, адаптивностью, навыками коммуникации, межличностными и межкультурными компетенциями, эмоциональным интеллектом, цифровыми навыками (привожу список все из того же Бостонского доклада). А отечественное образование продолжает натаскивать детей на ЕГЭ, раздавать несметное количество дипломов и учить точить деталь на станках, «сработанных еще рабами Рима».

К чему это я? Да к тому, что только зная весь этот анамнез, можно в полной мере оценить весь огромный образовательный пакет, который предложен к исполнению в Тверской области.

Он состоит из пяти подпроектов: «Современная школа», «Успех каждого ребенка», «Цифровая образовательная среда», «Учитель будущего», «Молодые профессионалы», и в каждом спрятана начинка из нескольких мероприятий. Например, «Цифровая образовательная среда» включает в себя создание «IT – кубов» в Вышнем Волочке, Торжке и Удомле и закупку «цифровых» комплектов оборудования (ноутбуки, интерактивные комплексы, МФУ) в сотни школ. Проект «Успех каждого ребенка» - это 3 технопарка «Кванториум» в Удомле, Ржеве и Торжке, а при них еще и мобильных технопарков. Отдельная песня – создание регионального центра выявления и поддержки одаренных детей с тремя направлениями: наука, искусство, спорт. «Современная школа» - это, помимо прочего, поддержка образования детей с особыми потребностями. К этому же подпроекту относится строительство 30 центров «Точка роста» с цифровым и гуманитарным профилем. «Учитель будущего», надо полагать – это человек, прошедший обучение в одном из трех центров непрерывного повышения профессионального мастерства в Твери, Старице или Калязине.

Кто-то может с тоской заметить, что у стран-конкурентов России все эти заведения появились еще много лет назад, и пока наши дети зубрили билеты ЕГЭ с репетиторами, «их» IT-кубы штамповали Гейтсов и Масков. Успеем ли мы впрыгнуть в уходящий поезд, или спохватились поздно, и все пропало? Но что тут гадать: надо пробовать!

Делают, делают, делают новых детей

Итак, нацпроект отчаянно пытается сократить отставание нашего образования от «цифрового» мировоззрения детей XXI века, дать детям возможность позаниматься наукой и творчеством, заронить в педагогическую среду (где, напомним, средний возраст – 51 год) ростки новых технологий.

- Есть, к чему стремиться. Технопарку необходимо взаимодействие с реальным сектором экономики, развитие работы над конкретными проектами в практической плоскости. И вообще подобных современных образовательных центров нужно больше, - подсказывает генеральный директор ООО «Наукоемкие технологии» Михаил РАЗУМОВ. - Актуально выглядит задача по формированию современной образовательной среды для обучения передовым технологиям в сельских школах. Здесь, правда, некоторые опасения вызывает то, что может возникнуть реальная проблема с квалифицированными кадрами.

С уважаемым экспертом трудно не согласиться: при всей продуманности нацпроекта, сверхважности и готовности региона его выполнять (в коридорах власти, поверьте, прекрасно понимают, что во имя будущего российской экономике нужен рывок в образовании) неясно одно – где кадры, которые эволюционируют, пересмотрят свои педагогические подходы и с полной самоотдачей займутся «оцифровкой» школы? И дело тут, на наш взгляд, не только в зарплатах, которые однозначно растить и растить. Мы же прекрасно помним, как в середине нулевых, при первой попытке модернизировать образование, педагоги старой закалки, как старообрядцы, уходили в отказ, прятали в пыльные чуланы интерактивные доски и вели уроки по-прежнему, доставая оборудование лишь при появлении инспекционных проверок.

Осознают ли работники сферы образования в полной мере, какую роль они должны сыграть сейчас в судьбе страны и региона? Понимают ли, какие государственные задачи сваливаются на них в связи с претензиями России на попадание в ТОП-10, а лучше в ТОП-5 самых оцифрованных и умных экономик в XXI веке?

Вопрос задаю неспроста: есть ощущение, что в нацпроекте не хватает пункта «Пропаганда», кампании по агитации за цифровые идеи, которые воспринимаются вовсе не всеми педагогами и родителями, как нужная вещь, ценность и благо. Чтобы случился резкий рывок в образовании, нужна особая мотивация, вера всего образовательного сообщества в правильность, в абсолютную необходимость цифровых подходов: иначе мы опять получим имитацию с пылящимися по углам ноутбуками. Как заразить довольно консервативное и возрастное педагогическое сообщество идеями экономики знаний?

Но это, как говорится, уже совсем другая история…

Читайте по теме: Понять поколение "цифровых" детей